... Попробуйте сразиться с нами! Да — скифы мы! Да — азиаты мы, — С раскосыми и жадными очами.
Как заезженная пластинка, крутились в голове строки классика, когда в “прицеле” фотокамеры мелькали лица в черных масках на вертикальной кирпичной стене, из люков чадящего горелой соляркой БТРа, стреляя на ходу, выкатывались бойцы и переливался рубиновым шелком флаг с двуглавым орлом и кулаком с зажатым в нем автоматом. По флагу золотом — “Отряд специального назначения “СКИФ”.
Больше половины офицеров, прапорщиков и контрактников отряда прошли Чечню. Воевали в разных частях, но это не помешало слиться в единый коллектив и передавать фронтовой опыт необстрелянным новичкам. Ну а спецназ есть спецназ: ежедневное обучение — на пределе человеческих сил. Ведь Чечня научила ценить силу, выносливость, меткость, смелость и самообладание. Их отсутствие было основательной предпосылкой к летальному исходу. Параллельно с боевой подготовкой полным ходом идет бытовое обустройство. Досталось “Скифу” заброшенное стрельбище, которое своими силами спецназовцы превращают в военный городок. Большая часть личного состава уже перебралась в казармы, остальные — еще в палатках. Оборудуют спортгородок, здание высотной подготовки и другие необходимые в учебе и службе спецназа сооружения. Так и идет в трудах праведных жизнь отряда. Реальная жизнь, которая мудрее упрощенных схем и мифов, коими люди зачастую пытаются от нее отгородиться. Один из них — миф о генеральских детях — развеивался на глазах с первого же момента знакомства с командиром отряда. Подполковник Сергей Анатольевич Куликов — сын бывшего министра внутренних дел Анатолия Сергеевича Куликова. “Краповый берет”. С 1995 года командовал батальоном, на базе которого 7 июля 1997 года был развернут отряд “Скиф”. Воевал в Чечне. О войне рассказывает без пафоса, тут он скорее лирик, прямо какой-то Сент-Экзюпери: “Понимаешь, я вел отряд по звездам. Когда мы вышли, уже темнело. Там поля и камыши, по прямой идти невозможно, только зигзагами. Вот я и шел по звездам. В сумерках метрах в тридцати от нас проехали шесть всадников, чеченцы, нас не заметили. Их пропустили, нам нельзя было себя обнаруживать. А возвращались мы уже в полной темноте. В одном месте ошиблись, ушли влево метров на двести, но потом все равно вышли точно, практически метр в метр... Мой начальник разведки — мировой парень. Ух, однажды мы с ним едва не попали! Сделали засаду, а она чуть было для нас последней не оказалась. Нохчи, видимо, просчитали наше возможное место и тоже ждали, когда мы там засаду устроим. Место удобное было, но если вдруг зажмут — уже не выбраться. Мы бойцов сзади оставили, а сами в этих кустах засели. Ждем и чувствуем — что-то не то. У нохчей движение какое-то, явно демонстративное, разговаривают громче обычного, железом гремят, на тачке проехали. “Слушай, — говорю, — что-то не так. Делаем ноги отсюда”. И мы рванули. До своих добежали, а они в “ночник” видят: где мы были только что — уже около 20 “духов”. Ну и влупили мы туда из всего, что у нас было. И тут же все ходу”. Причудливо все в жизни перемешивается. Куликов познакомился в Моздоке с 11-летним бомжом Тимуром Дроздовым. Парнишка уже вовсю покуривал и выпивал. Не будь этой встречи, ждала бы его пресловутая наклонная плоскость с тюрьмой и сумой. Но подполковник сказал пацану: “Пойдешь со мной. С сегодняшнего дня ты служишь в отряде спецназа”. Может, это и есть высший пилотаж педагогики? Родился Тимур Дроздов в Грозном, и в девять мальчишеских лет на своей шкуре испытал, что такое война. Мать с остальными детьми осталась в Грозном, а Тимура смерчи войны унесли в Моздок, где и состоялась та встреча, круто изменившая всю его судьбу.
![](archiv/1999/5/images/199905022b.jpg)
— Отдадим в суворовское училище. Если не получится — будет в отряде до 18 лет, потом служить у нас же останется. А там видно будет — станет ли контрактником или в училище будет поступать, — говорит Сергей Анатольевич. О том, что Тимур в “Скифе”, дали знать матери в Грозный. Она приехала, посмотрела на своего сына — чистого, сытого, в ладно сидящем на нем камуфляже. И согласилась, чтобы мальчишка остался в отряде. Сейчас Тимур ходит в пятый класс близлежащей школы, нормально учится. Женщины отряда помогают справиться с домашними заданиями... Так что сегодня Тимур Дроздов — настоящий сын полка. Вернее, отряда. Отряда “Скиф”.
Олег СМИРНОВ Фото автора
|